Пастырское слово

        Страх зверей пустынных был для преподобного Сергия последним из страхов; увидев однажды пред хижиною своею большого медведя и, заметив, что он не столько свиреп, сколько гладей, святой сжалился над зверем и, вынесши кусок хлеба, предложил ему сей пустынный обед. Зверь полюбил странноприимство пустынника и, часто приходя к келлии, ожидал обыкновенного угощения.

      Худо делать худое в будни, еще хуже того — делать худое в праздник: как церковь есть дом, назначенный для служения Богу, так точно и праздник есть время, назначенное для служения Богу. И потому-то, например, грех — красть где бы то ни было, а украсть в церкви ещё грешнее, потому что она есть место Божие; грех — сквернословить везде, а выбраниться в церкви — спаси Господи, потому что она есть место Божие.

       Весьма редкие ныне избирают тесный и прискорбный путь делания заповедей, который заповедал нам Господь Иисус Христос. Потому-то Он изрек святейшими Своими устнами по окончании притчи о человеке, вшедшем на брак сына царева не в брачной одежде: «Мнози суть звони, мало же избранных» (Мф. 22; 14). Мы, грешные, когда и приидет маленькое желание спастись, принимаемся за оное опять не так, как призывает святое Евангелие, но как сами желаем, и потому исполняем не волю Божию, но свою, и делаемся рабами самомнения.

     После Символа веры на литургии диакон возглашает: «Станем добре, станем со страхом; вонмем Святое возношение в мире приносити», — то есть, станем, как прилично человеку предстать пред Бога, с трепетом, со страхом и в тоже время с мужественным дерзновеньем духа, славословящего Бога.

      Когда говорят о человеке, умершем без покаяния, погибшем от пьянства или лишившем себя жизни с отчаяния, нередко приходится слышать такие суждения: "Чему быть, того не миновать", "так на роду написано", "так ему суждено", или даже "видно, так Богу угодно". Кто говорит так, те должно быть думают, будто Бог не всем дарует Свою спасительную благодать, а только тем, кого Он Сам предопределяет от века ко спасению; а отсюда выходит, что если человек погибает на веки, то так Богу угодно...

         Ничто столько не прогневляет Бога, ничто так не обнажает человека и не приводит в оставление (от Бога), как злословие, или осуждение, или уничижение ближнего. Почему мы не осуждаем лучше самих себя и наши грехи, которые мы достоверно знаем и за которые должны будем дать ответ пред Богом? Зачем восхищаем (себе) Суд Божий? Чего хотим от Его создания? Не должны ли мы трепетать, слыша, что случилось с великим одним старцем, который, узнав о некоем брате, что он впал в блуд, сказал:

       Иаков, желая умиротворить своего гордого брата Исава и примириться с ним, сначала послал ему пред собою дары, потом, увидев его, еще издали семь раз смиренно поклонился ему, а к семи присовокупил и слово любви: "Я увидел лице твое, как будто лице Божие". Так из зверя сделал он агнца. Отсюда каждый может научиться, как умиротворять гневающихся, укрощать жестоких, примирять враждующих, делать любящими друзьями людей, не имеющих любви.

     Человек, который истинно приступает «работать Господеви», должен, как говорит премудрый сын Сирахов, уготовать «душу свою во искушение» (Сир. 2; 1), чтобы никогда не смущаться случающемуся с ним, веруя, что ничего не бывает без Промысла Божия. А в чем Божий Промысл, то вполне хорошо, и служит к пользе души, ибо все, что делает с нами Бог, делает Он для нашей пользы, любя и милуя нас.

   Праотец Ной, полагая проклятие на Хама, который посмеялся наготе отчей, проклинает прежде не самого его, а его сына и своего внука Ханаана. "Проклят буди Ханаан, — говорит праведный Ной, —раб да будет братии своей". А почему он поступил так, — послушай. Повествуют, что Ханаан, сын Хамов, будучи десятилетним мальчиком, увидал первый наготу Ноя, своего деда, и рассказал о том своему отцу, Хаму, а Хам пошел, посмотрел отца и посмеялся над ним. Вот почему Ной, когда пробудился от сна и узнал о случившемся, тотчас предал проклятию Ханаана.

    Молитва "Господи Иисусе Христе, помилуй мя", или сокращеннее — "Господи, помилуй " — со времен апостольских дарована христианам с тем, чтобы они произносили ее непрестанно. Но что значит сие: "Господи, помилуй", — весьма немногие знают ныне и взывают каждый день бесполезно и напрасно: "Господи, помилуй", — а милости Господней не получают, потому что не знают, чего ищут.