Пастырское слово

     Покаяние истинное состоит не только в том, чтобы откровенно исповедать (духовному отцу) свои грехи, но и в том, чтобы уже более не возвращаться к ним; и не только не возвращаться к грехам, но и сокрушенным сердцем жалеть о тех, какие были прежде соделаны; и не только жалеть, но и заглаждать их трудами покаяния, и притом такими трудами, которые не только бы равнялись соделанным нами грехам, но и превосходили оные.

      В книге Бытия, начиная с Адама, о каждом праотце, в долголетии пожившем, читаем одно и тоже заключительное слово: «и умре. Поживе Адам лет 930, и умре. Поживе Сифлет 912, и умре. Поживе Енос лет 905, и умре. Поживе Каинан лет 910, и умре». И о всех остальных читаем все тоже, что они смертью окончили долголетнюю жизнь свою, в чем так очевидно открывается действенная сила словес Божиих ко Адаму: «в онь же день снесте от древа заповеданного, смертию умрете».

     Однажды, в глубокий вечер, во время молитвы преподобный Сергий услышал голос, который звал его: "Сергий!" — Сотворив молитву, открыл он окно и увидел необыкновенный свет с небеси. "Сергий! — говорил прежний голос, — Господь приял молитву твою о чадах твоих!" — При сем увидел преподобный множество прекрасных птиц, слетевших на монастырь и его келлию.

      Многие приходят в церковь, произносят тысячи стихов молитвы и выходят, не зная, что говорили они; уста их движутся, а слух не слышит. Ты сам не слышишь своей молитвы, как же хочешь, чтобы Бог услышал твою молитву? Ты говоришь: "Я преклонял колена", — но ум твой блуждал далеко; тело твое было внутри церкви, а мысль твоя летала, неведомо где; уста произносили молитву, а ум исчислял доходы, договоры, условия, поля, владения, общества друзей.

     Всякому верующему во Христа при святом Крещении дается от Бога Ангел-хранитель, на всю его жизнь, и он пребывает неразлучно с человеком, если только сам человек не отгоняет его злыми делами. Ибо как пчел прогоняет дым, и голубей смрад, так и тяжкие грехи наши — пьянство, блуд, злопамятство и другие злые дела удаляют от нас святого Ангела, хранителя нашего.

     «Помилуя мя, Боже» — сжалься над бедным грешником, которого грех лишил всех даров Твоих, так что он не узнает сам себя в бездне преступления, помнит только, что у Тебя «многое избавление» (Пс. 129; 6), и притекает к Тебе с своею нечистотою и язвами, как ко врачу душ и телес... Помилуй! Ты Бог и судия мой, от Тебя изыдет суд мой! (Пс. 16; 2).

      «Богатства и нищеты не даждь ми, устрой же ми потребная и самодовольная, да не насыщен ложь буду, или обнищав украду». (Притч. 30; 8-9).

«Блажен богатый, иже обретеся без порока, и иже вслед злата не иде. Кто есть сей, и ублажим его, сотвори бо дивная в людех...» (Сир. 31; 8-9).

     «Завистию диаволею смерть вниде в мир», — говорит Священное Писание (Прем. 2; 24). Зависть не сродни людям, а сродни диаволу, она и происходит от диавола. Людям свойственно по немощи согрешать, но только одному диаволу свойственно по зависти делать зло. Зависть есть дщерь диавола, и кто с ней сочетается, тому она ничего не принесет, кроме злобы, а злоба рождает смерть. Подружился с завистью Каин и воспитал в себе злобу, а злоба возмужала и принесла смерть двоим: Авелю временную, а самому Каину вечную.

      Открыта пред нами богатая духовная сокровищница, будто на некоем торжище духовном предлагаются товары — разумею Божественные Писания и их толкования. Сидят на местах своих, будто купцы — учителя церковные, и из своих книг, как бы из влагалищ, высыпают пред нами множество дорогих жемчужин. Не поленимся выбрать из них хотя одну — самую дорогую и самую лучшую.

      Крестное знамение, которым мы обыкновенно осеняем себя за молитвою при известном перстосложении и движении своей десницы, по значению своему так важно, что в нем сокращенно изображается все христианство; так и святой Дамаскин называет Крест «символом Христовым». О молитвенном крестном знамении можно сказать, что в нем заключается и символ веры нашей Православной, и символ надежды, и символ любви христианской, то есть весь Православный Катехизис.