Пастырское слово

     Некоторые из христиан, как известно, и в великий пост не причащаются Святых Таин Тела и Крови Христовой. Ужели, слушатели, и между вами, стоящими теперь в сем храме, есть такие, которые в настоящий пост не будут причащаться? Если и один есть между вами такой, я обращу беседу мою к нему.

     Взойдем, братие, к самому началу нашей жизни на земле. Что там? — Мрак и нечистота, похоть и страсти. «В беззаконию: зачат есмъ и во гресех роди мя маши моя», вопиет за всех нас святой Давид. Зачатый в беззаконии, я и сам потому беззаконен; рожденный во грехе, я и сам потому грешник. И не сие ли самое означали болезни моего рождения? За что страдали и рождающая и рождаемое, если не было вины и нечистоты?

     Я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя (Пс. 50; 7). Господь извел меня из чрева, вложил в меня упование у грудей матери моей (21; 10). Я был меньший между братьями моими, и юнейший в доме отца моего, пас овец отца моего (151; 1). Я несчастен и истаеваю с юности и изнемогаю (87; 16). Господь пастырь мой, Он покоит меня на злачных пожитях и водит меня к водам тихим (22; 1,2). Руки мои сделали орган, персты мои настраивали псалтирь.

     Думает иной: "Где уж нам, мирским людям, уследить за каждым словом своим, за каждою мыслию? Это дело монашествующих, а нам лишь бы делом не согрешить, а помечтать иной раз о чем-нибудь греховном, пошутить, поговорить еще не велика беда". Нет, друг мой любезный, сказано: «не пожелай», значит и помыслы греховные — великая беда, если ты будешь услаждаться ими,

     Напрасно думает иной: "Раз согрешу — и больше не стану". Ты по себе-то, пожалуй, и не стал бы повторять греха, да грех-то потребует от тебя послушания себе. Верно слово Господа: «творяй грех — раб есть греха» (Ин. 8; 24). «Раб» — слышите, что говорит Господь!

     Ангелы поразили содомлян телесною слепотою потому, что умом они уже давно сами ослепли. Когда похоть блудная усилится в человеке и обратится в привычку, то она совершенно ослепляет ум его, так что он не видит ни Бога, ни людей, ни себя самого. Он — ни Бога не боится, ни людей не стыдится, ни себя не щадит; как слепой он прямо идет к пропасти адской и, падая в нее, погибает.

     «И ты, Вифлееме, земле Иудова, ни чимже менши еси во владыках Иудовых, из тебе бо изыдет Вождь, Иже упасет люди Моя, Израиля» (Мф. 2; 6). Вифлеем — это благословенная родина Господа нашего Иисуса Христа! Кому не знакомо это дорогое имя с самого раннего детства? Кто из нас не слыхал его еще в те счастливые годы, когда, бывало, мы, малютки, с открытыми устами слушали рассказы родителей наших о том, как родился на земле Спаситель наш,

В житии преподобного Макария Великого есть такой рассказ: однажды во время молитвы преподобный услышал голос, говоривший ему: "Макарий! Ты не достиг еще в меру двух женщин, которые живут в таком-то городе". Смиренный старец взял свой посох, пошел в указанный город, отыскал дом этих женщин и постучался у дверей. На стук вышла женщина и с радостью встретила старца как дорогого гостя. Ее подруга была дома. Тогда преподобный обратился к ним с такими словами: "Ради вас я не поленился прийти сюда из далекой пустыни; я желаю знать ваши добрые дела: не скройте их от меня ради Господа".

      «Блажен разумеваяй на нища и убога: в день лют избавит его Господь» (Пс. 40; 2).

Филарет Милостивый, будучи уже именитым вельможею в Царьграде, однажды говорит своим семейным: "Хотелось бы мне приготовить хороший обед, да позвать в гости самого государя со всеми знатными его вельможами.

     Бог выше места и времени: Он — вечный, везде Сущий и все наполняющий, а потому все создания и славят Его на небе и на земле и «на всяком месте владычествия Его» (Пс. 103; 22). Однако же Он хочет, чтобы было еще особое место для поклонения Ему, чтобы был храм, который мы называем церковью, домом Божиим, домом молитвы: храм Мой — «храм молитвы наречется» (Мф. 21; 13).