Пастырское слово

     Отче наш! О, как велико милосердие твое к нам, грешным Твоим созданиям! Ты — Бог превечный и всесовершенный, а мы — земля, прах, глина и пепел; мы от земли созданы и в землю опять возвратимся... Ты един — свят и пресвят, а мы в беззакониях зачаты и во грехах рождены на свет; Ты — Творец и Владыка неба и земли, в руце Коего всякое дыхание и всякая тварь, а мы — ничтожные черви, рабы непотребные,

     Птица вьет себе гнездо, зверь ищет логовища: тем более человеку необходим кров и постоянное пристанище, — и он всегда ищет сего пристанища. Посмотрите, как весело лицо и ясны взоры того человека, который с чистою совестью может сказать:

     Сам Господь наш Иисус Христос, и Бог и Отец наш, возлюбивый нас и давый утешение вечно и упование благо в благодати, да утешит сердца ваша и да утвердит вас во всяком слове и деле блазе (2 Сол. 2; 16-17). Сим благодатным словом утешения апостольского начинаю свое письмо к вам, друзья мои, скорбящие о лишении милых сердцу нашему малюток. Тяжело — что и говорить? — разом лишиться нескольких детей;

     «Тебе оставлен есть нищий, сиру ты буди помощник» (Пс. 9; 35).

Бесприютное, безродное дитя! Беспомощный малютка — круглый сирота! Сколько жалости ты возбуждаешь одним видом своим! Казалось бы, чье сердце не тронется несчастьем твоим? Какая душа христианская не поболит о тебе? Подумать бы только: сколько горя выпадает на долю твою! Сколько слез ты прольешь, одному Богу видимых! Сколько и голода, и холода, и всякой нужды натерпишься ты!..

     Шестьсот лет тому назад Москва была ничтожным городком, а еще на сто лет раньше она была просто деревней. Столицей Русской земли в то смутное время междоусобий княжеских были — то Владимир (на Клязьме), то Тверь, то Переяславль Залесский.

     Был один ученый муж, который всю жизнь свою изучал светила небесные; чем больше он занимался своею наукой, тем больше удивлялся дивной премудрости Божией, — небеса поведали ему славу Божию, и он, пораженный величием и всемогуществом Творца вселенной, никогда не позволял себе произносить священнейшее слово Бог иначе, как стоя и непременно с открытою головою.

     Люди — не ангелы; они всегда склонны погрешать в своих суждениях, и как бы ни была верна и ясна истина, всегда найдутся такие, которые перетолкуют ее по-своему — ложно. Святые Апостолы проповедали всему миру одно и то же Божественное учение Христово, но еще при жизни их среди христиан стали появляться уже разные самозванные учители,

     Как тяжело, как больно бывает видеть, что лишь только начнут на всенощной службе читать шестопсалмие, как богомольцы потянутся один за другим из церкви... Куда? Да просто по монастырю побродить, где-нибудь посидеть, попразднословить... Да еще иной оправдывается:  

     Легко грешить, но как тяжел грех на весах правды Божией! Тяжело каяться, но как же и облегчен сей труд милосердием Божиим!

Тяжел грех, — тяжел потому, что ты грехом своим оскорбляешь Бога Всеблагого, Творца Всемогущего, Которому повинуется и небо и земля и ад, Который есть страшный Судия живых и мертвых, Которого песнословят Ангелы, Которому поклоняются человеки, Которого трепещет сатана, Которому служит все создание...

     Христолюбивые братие мои! Послушайте о втором и страшном пришествии Владыки нашего Иисуса Христа. Вспомнил я об этом часе и вострепетал от великого страха помышляя о том, что тогда откроется. Кто опишет это? Какой язык выразит? Тогда Царь царствующих, востав с престола славы Своей,