Тринитарные споры

Тринитарные споры

 

Церковь должна была также определить свою позицию по ряду богословских вопросов, споры по которым подрывали ее единство. Церковь очень рано приняла учение о Троице, т. е. о том, что Бог один в трех Лицах — Отца, Сына и Святого Духа. Первые христиане были евреями, воспитанными в вере в то, что Бог один. Иисус учил, что Бог есть Отец. Явившись свидетелями жизни и смерти Иисуса Христа и уверовав в его воскресение, ученики уверовали также и в то, что и Иисус был Богом. Но как при этом верить в то, что Бог — один? Каким образом Отец, Сын и Дух Святой могут быть Богом, и как они связаны друг с другом?

Во 2 и 3 вв. предлагались разные решения этих вопросов. Христиане воспользовались греческим термином «логос», который широко использовался в античной философии и который условно переводится как «слово», и вложили в него новое содержание, соответствующее тому, что они знали о Христе. Однако как этот Логос относится к Богу Отцу? Последователи александрийского пресвитера Ария (256-336) учили, что Сын был сотворен Отцом, что было время, когда Сына не было, и что Сын стоит ниже Отца, а не равен ему. Споры между сторонниками и противниками этой точки зрения достигли чрезвычайной остроты, и император Константин, опасаясь, что церковный раскол подорвет хрупкое единство империи, созвал в 325 церковный собор в Никее, поблизости от Константинополя.

Этот собор стал первым в ряду соборов, которые церковь называет вселенскими, т. е. представляющими всю церковь. После бурных дебатов собор осудил арианство и принял Никейский символ веры. В нем говорится: «Верую… во Единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия Единородного, от Отца рожденного прежде всех веков, Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, единосущного Отцу». В греческом тексте символа использовались термины, которые могли толковаться по-разному. Важнейшим из них был термин homoousios, переводимый как «единосущный». Употребление этого термина указывало на то, что Христос есть истинный Бог и равен Богу Отцу, а не ниже его. Однако арианство сохраняло свое влияние на протяжении нескольких последующих веков: его приверженцами были несколько императоров послеконстантиновской эпохи, и оно стало той формой христианства, в которую были обращены некоторые германские народы.

Никейский собор оставил нерешенным вопрос о соотношении человеческого и божественного начала во Христе. Этому вопросу были посвящены три следующих вселенских собора, последний из которых, Халкидонский собор (451), принял формулу вероисповедания, которой и сегодня придерживаются Римско-католическая, Православная, Англиканская церкви и большинство протестантов. Согласно этой формуле, Иисус Христос не только «единосущен» (т. е. тождествен по сущности) Отцу, но и обладает той же сущностью, что и люди, будучи всецело Богом и всецело человеком. Кроме того, в ней говорится, что во Христе две природы — божественная и человеческая — соединяются таким образом, что они не могут быть разделены на два Лица.

Некоторые восточные церкви, принявшие Никейский символ веры, отказались принять постановления Халкидонского собора. Отделение этих церквей было в значительной степени обусловлено политическими и этническими причинами, связанными с нежеланием подчиняться грекам и латинянам, которые контролировали Римскую империю и вселенскую церковь. Эти восточные церкви (часто, хотя и неправильно, называемые монофизитскими) подчеркивали прежде всего божественную природу Христа и придавали гораздо меньшее значение его человеческой природе; подобных взглядов придерживаются армянские, египетские (коптские), эфиопские и сирийские (ближневосточные и индийские) христиане.